8 (800) 333-03-76

Интернет-магазин

+7 (495) 775-13-13

Оптовый отдел
при поддержке

НПФ БАСК

"Открытый Кавказ - 2002"
Международные экспедиции под руководством Юрия Кошеленко - проект "Открытый Кавказ".
Pertex Classic
Pertex Classic

Серия Pertex Classic включает в себя целый спектр тканей и является базисной моделью для технологий Pertex. Преимущества технологий Pertex стали очевидны за 15 лет прошедших с появления этой серии на рынке. Сегодня Pertex Classic - это тот стандарт на который равняются все производители.

Ткань покрыта уникальной водооталкивающей пропиткой, благодаря которой капли воды не впитываются, а собираются в капли на поверхности, легко скатываясь вниз. Водоотталкивающая пропитка не является непрерывной, за счет этого ткань пропускает воздух - дышит, не пропуская влагу внутрь.

Водооталкивающая обработка основана на фторуглеродных соединениях, которые одновременно хорошо противостоят влаге и грязи, что немаловажно для одежды и экипировки для активного отдыха.

Водооталкивающие войства ткани практически не изменяются после неоднократных стирок при температуре 40° и машиной сушки, восстанавливаясь после высыхания изделия.

Преимущества Pertex Classic


  • Вам будет сухо и комфортно в одежде из Pertex Classic.
  • Ткань очень приятна наощупь, легкая и мягкая, удачно сочетается с самыми разными утеплителями.
  • Используется в самых разных изделиях.

Состав ткани: Nylon 6.6

Производитель: Perceverance Mills Limited (Англия)
“Открытый Кавказ”: новости проекта Юрия Кошеленко
План проекта на лето-2003 разрабатывался именно с учетом этих принципов, и включал в себя: первым пунктом - разведку и начало освоения совершенно нового для альпинистов и скалолазов района (новость будет опубликована позже); вторым - три первопрохождения в Безенги и Приэльбрусье.

“Просидев” в прошлом году целый месяц на леднике под Шхарой, трудно было не наметить новые возможные линии на окружающие вершины. Но каждая идея имеет свои сроки воплощения. Безенги – прекрасный, очень спортивный район (в конце июля там одновременно находилось более 600 человек), маленькие Гималаи с перепадом стен до двух километров. Погода была нежаркая, что для ледового района очень неплохо, но слишком неустойчивая для совершения потенциально опасных восхождений, которые и без фактора погоды имеют высокую степень энтропии. Намеченное восхождение здесь не удалось.

Удалось проактировать новые скалолазные маршруты, пробитые в мае-июне командой из Санкт-Петербурга (Горный клуб “Маунтекс”), прочитать лекцию для курсантов школы инструкторов, и руководить первой попыткой транспортировочных работ с гребня В. Шхары, которые тоже были отложены из-за снегопадов.

Погода после переезда в Приэльбрусье в целом осталась прежней, но солнечных дней выдалось больше. Осмотр района с “Тысячи” (верхняя точка склона напротив УМЦ “Эльбрус”) показал, что ряд современных микстовых маршрутов, которые еще стоят нетронутыми, находятся в приличном состоянии. Особенно хорошо выглядела С-З стена вершины Бжедух. Поэтому выбор пал в первую очередь на нее.

Этот объект очень подходил также в качестве первого восхождения в районе для группы молодых альпинистов, участвующих в проекте (который также предусматривает совершение ряда первопрохождений 4а-5а категории сложности с привлечением молодых альпинистов для передачи опыта и создания преемственности. См. оиформацию о проекте “Открытый Кавказ”).

Кроме того, такой выбор позволял просмотреть с более близкого расстояния соседние вершины и окончательно определиться с дальнейшими планами.

Бжедух – удачный выбор и спортивный стиль.

Состав команды: Игорь Политико – 2 сп. р.

Андрей Сидоров – 1 сп.р.

Юрий Кошеленко – рук.

Маршрут: Директ С-З стены по системе фирново-ледовых речек с короткими участками микста.

Стиль: Восхождение в тройке, без использования перил. Первый шел на двойной веревке Ice Line (Beal), второй и третий двигались независимо лазанием с ледовым инструментом, каждый на своей веревке, с небольшим разрывом, что обеспечивало скорость передвижения близкую к скорости двойки. Очень удобной для такой тактики оказалась шайба Gi-Gi (Kong), позволяющая лидеру эффективно страховать сразу двух партнеров. Все члены группы шли с рюкзаками, в которых находился легкий бивуак на случай ночевки, вода и продукты.

Новый маршрут (18 веревок) пройден за 8 часов от бергшрунда до вершины и включает шесть технически сложных участков (5 к. тр.) общей протяженностью 140 м. (6-я веревка 10 м., 7-я –15 м., 8-я –25 м., 9-я - 30м., 10-я – 50 м. и 11-я – 10 м.). Спуск с вершины состоялся по северному гребню (“по хоботу”), в сторону перевала “Технической интеллигенции”. Категория сложности маршрута 5А. Вершина 2.08.03.

С вершины, как и предполагалось, удалось просмотреть два новых возможных маршрута.

Следующий выход был намечен на “Немецкие ночевки”.

Выход состоялся, но без достижения вершины: установившаяся в районе очень теплая дождливая погода стала катастрофически быстро "смывать" фирн и лед со стен. Снежно-ледовые речки поменяли агрегатное состояние, по стенам пошли камни. С намеченного маршрута пришлось спускаться, и откладывать его прохождение на будущее.

Ю.Кошеленко
Завершающий этап поисковой экспедиции Ю. Кошеленко и группы "Маунтекс"
"10 июня мы с Андреем Андреевым приняли решение сворачивать экспедицию. Погода установилась очень теплая (на 3500 м. Восточного Безенгийского ледника +2 ночью) и нестабильная, ледовые обвалы стали менее предсказуемы, т.е. нельзя стало рассчитывать на мороз в ночные и предрассветные часы. Кроме того, Андрей высказал рациональную мысль, что у экспедиции должна быть одна цель.

Поиски тела Димы Кирсанова были полностью инициативой Андрея, он же целиком финансировал организацию поисковой экспедиции на северной стене Шхары. Естественно, было сожаление, что эти поиски не достигли цели. Но риск для спасателей при продолжении работ в гроте был слишком велик.

11 июня группа из трех человек поднялась вновь к месту аварии для съема снаряжения и веревок. 12 и 13 большая часть веревок была продернута, осталось лишь несколько прошлогодних, вмерзших в склон и трудно поддающихся ликвидации участков перил. Все эти дни во второй половине дня над Шхарой бушевали грозы, но работа на стене продолжалась даже во время грозы.

Андрей Андреев в это время спустился в Нальчик решать вопрос с вертолетом. Виктор Автомонов тоже спустился вниз, поскольку истекал срок его командировки. Общее руководство завершающим этапом экспедиции выполнял я.

Ребята (Алексей Кривицкий, Андрей Федотов, Дмитрий Чернышук) добросовестно, в преобладающих условиях плохой погоды, почистили маршрут Разумова от оставшегося снаряжения и веревок, насколько это было возможно.
Группа вернулась со стены 13 июля, вертолет ожидался 16 июля во вторник.

14-го, в воскресенье, наша команда приняла участие в небольших спасработах на склонах восточной Джанги-Тау, непосредственно Андрей Федотов и Дмитрий Чернышук с двумя альпинистами из Москвы (к сожалению, не знаю их полных имен) помогли припозднившейся на спуске двойке, совершавшей восхождение на Джанги совместно с московской группой, провести остатки ночи в более лояльных условиях базового лагеря. Одного из альпинистов звали Игорем, другую - Ольгой. У Игоря было подозрение на рецидив обморожения, но все обошлось.

16 июля Алексей Севастьянов на краснодарском МТВ-1 снял нас вместе со всем экспедиционным грузом с ледника, одновременно забросив для нужд альпбазы Безенги небольшой (4х4) разборной домик на приют Джанги-кош. Так завершилась эта экспедиция.

Что касается съемок фильма о Кавказе, то определенная работа ведется в этом направлении. На самом деле, реально было бы очень сложно увязать и полномасштабные съемки и поисковые работы в один выезд. Алексей Кривицкий кроме работы спасателя, выполнял также работу высотного оператора, результаты съемок просматривались внизу, обсуждались, вносились коррективы.

В Нальчике идет процесс по записи песен на балкарском и кабардинском языках к будущему фильму, также в Питере будет дорабатываться сценарий. Дело начато и будет иметь свое продолжение".


Дневник поисково - спасательной экспедиции группы "Маунтекс" и Ю. Кошеленко
1.07. Вышли из базового лагеря около 12 часов. Поднялись на платформы на 3900 метров, переночевали.

2.07. Поднялись к месту аварии. Это 4400 метров.

3.07. Вырубили площадку под платформу и палатку в безопасном месте. Ребята попытались прокапывать траншею в склоне для ведения поиска тела

4.07. Вчерашняя траншея оказалась полностью засыпана сошедшей ночью лавиной. По радио с Юрой Кошеленко по прошлогодней фотографии подкорректировали место входа в правый грот, в котором стояла палатка восходителей. Это оказалась правее первоначально принятого варианта. По откопанной прошлогодней веревке Леша указал тоже место, что и Кошеленко. Начали откапывать веревку, входившую в грот. Продвигаясь по веревке, нашли висевшие на ней ледобур с карабином и лавинную лопату.

5.07. Веревка ушла под ледовую глыбу. Стало очевидно, что свод грота обвалился, и Леша, привязавшись, по оставшемуся ледовому склону дал направление палатки, в которой они жили. Начали прорубать в ледово-фирновом массиве ход в направлении палатки.

6 и 7 числа продолжались работы по прорезанию этого хода.

8.07. Прорубленная траншея прошла дальше предполагавшегося места нахождения палатки, но найти ее (палатку) не удалось. Ход вышел в смерзшиеся глыбы с узкими щелями между ними. Алексей не обнаружил среди этих глыб не одной похожей на те две, под которыми оказалась их палатка.
Дальнейшие раскопки представляли угрозу для спасателей в случае обрушения висевших над головой глыб. Появилась версия, что при повторных обрушении сводов грота, уже после ухода Алексея от палатки, глыбы большие по массе, просто сдвинули лежащие на склоне глыбы и палатку в неизвестном нам направлении. Расширение хода в любую сторону так же угрожало падением свода. Поэтому, сняв на видео вырубленный ход, решено было прекратить работы в виду реальной угрозы для жизни спасателей.

8.07. Вся спасательная группа спустилась в базовый лагерь.

Юрий Кошеленко сообщил, что на данный момент команда отдыхает и в ближайшее время примет решение, заканчивать экспедицию, или подняться на Шхару. Погода снова начала меняться…


Юрий Кошеленко и команда «Маунтекс» пытаются обнаружить тело погибшего альпиниста — участника прошлогоднего восхождения на Шхару
«Последние дни июня принесли снегопады, стена Шхары постоянно шумела лавинами, и продвижение к месту аварии было приостановлено. Со всем необходимым оборудованием группа вышла на маршрут Разумова. 2 июля мы достигли места аварии, 3 июля команда из 5 человек начала поисковые работы. Была откопана шахта, по которой Андрей Андреев проник в грот, — он спустился на всю длину веревки где-то 50 метров. Его взору предстала неутешительная картина: внутренняя архитектура грота с прошлой осени претерпела сильные изменения, обрушился не только его свод, но и основание. Внутри лабиринты из битого льда, уходящие к ложу ледника. Он (Андреев) обследовал с фонариком район аварии, но никаких следов прошлогоднего бивака пока не обнаружил.

Вчера поисковая группа также начала раскопки прошлогоднего входа в грот, обозначенного двумя веревками, подходящими снизу и сверху. Это единственная возможность обнаружить какие-либо следы аварии».

Юрий Кошеленко,
Безенги, лето 2002 г.
Юрий Кошеленко передаёт из базового лагеря под Северной стеной Шхары
«17 июня залетели на ледник Безенги, 3 500 метров — высота базового лагеря. На следующий день погода испортилась, начались сильные снегопады,первый солнечный день 22 июня.

23 июня началась работа на маршруте (6А к.сл., маршрут Разумова на Шхару Западную), на сегодняшний день провешено 17 веревок перилл, это больше половины от базового лагеря. На стене посменно работают Андреев Андрей, Виктор Автомонов, Алексей Кривитский, Дмитрий Чернышук, Андрей
Федотов, Дмитрий Иванов, Ольга Ярочкина.

Началась сильная жара, очень высокая солнечная радиация. Постоянно ведем наблюдение за стеной, осматриваем наиболее опасные сходы висячих ледников. Их настоящие очертания сильно отличаются от форм на фотографиях 10-летней давности.

Нас всего 12 человек, у нас 2 большие базовые палатки, 2 генератора, достаточное количество снаряжения и продуктов. Наибольшее опасение внушает очень тёплая погода, стимулирующая ускоренное течение льда и как следствие, увеличение влажности, а также камнепады. Путь на стене выбирается с учетом этих факторов опасности. До альплагеря Безенги от нас 18 километров».

«Открытый Кавказ» Юрия Кошеленко: продолжается работа над фильмом
«…Желание сделать хорошее дело, доброе дело привело нас в Нальчик. Это дело всего лишь фильм, но в него мы хотели бы вложить наш опыт, наше видение Кавказа и альпинизма. Ведь для многих поколений альпинистов Кавказ стал их второй Родиной, давшей второе Рождение – рождение душевного единства с миром гор…

Пока в Питере и Нальчике проходила текущая, кропотливая работа по организации будущих съемок, необходимо было сделать еще одно важное дело – опробовать навыки высотного оператора Алексея Кривитского в реальных условиях восхождения.
Объектом Андрей предложил Ерыдаг в Дагестане, знакомый нам по зиме 2001 года...
… Мы не долезли до вершины, но имели возможность наслаждаться процессом (15 веревок). Горы еще раз показали, что их нельзя мерить стандартными мерками, они всегда немного другие, новые, за что мы их, может, и любим…

На восхождении и в базовом лагере наша команда использовала экипировку компании BASK, которое зарекомендовало себя надежным, удобным и теплым, лишнюю энергию на борьбу с сыростью и холодом нам тратить не пришлось».

Прочесть полную версию рассказа Ю.Кошеленко
«Открытый Кавказ» Юрия Кошеленко
«Открытый Кавказ»: первый международный опыт


В основе проекта “Открытый Кавказ” изначально заложена его интернациональность. После нескольких публикаций о проекте в иностранной прессе ко мне стали обращаться альпинисты из разных стран с различными вопросами о Кавказе. Кавказ для большинства людей в мире - это некое размытое, не имеющее структуры пятно на карте со многими неизвестными и лишь двумя известными величинами: Эльбрусом и Чечней.

Эльбрус они знают, потому что он, по некоторым географическим теориям, высочайшая точка Европы, о Чечне просто невозможно не услышать. Т.е. на 80-90 процентов информация искаженная, неточная, но самое главное - нераздельно относящаяся ко всему региону в целом.
Как говорил Карлос Булер, это то же самое, как объявить Нью-Йорк чрезвычайно опасным городом, потому что в нем имеются на самом деле неблагополучные районы, такие как Гарлем.

С Карлосом мы познакомились по переписке, сначала я попросил его адрес у Андрея Волкова, чтобы задать Карлосу пару вопросов о восточной стене Эвереста, потому что именно американской команде, в которой он состоял, принадлежит честь альпинистского открытия Эвереста с востока. Затем Карлос сам написал мне после того, как прочитал статью в испанском “Деснивеле” о прошлогодних восхождениях в рамках проекта на Шхельду и Ерыдаг. Его интересовала возможность посетить Кавказ в марте этого года.

Я пригласил Карлоса на Кавказ, и он решил приехать. Для меня это был первый опыт, и я испытывал большую ответственность и за все предприятие в целом, и за гостей: вместе с Карлосом приехал его испанский друг Джоан Соле. К сожалению, в этот раз я не мог вести репортаж с места событий, но теперь вижу, что очень многое из нашего общения просится “на бумагу”, во внешний мир, и предлагаю восстановить некоторую последовательность событий, пусть не в реальном масштабе времени и с некоторой задержкой.


1 – 4 марта

Карлос с Джоаном прибыли в Москву, где их встретили мои друзья Виктор Бобок и Аркадий Клепинин. В организации поездки помог Андрей Волков, реальное приглашение для оформления визы исходило от Тольяттинской Академии бизнеса и права. 2 марта мы с моим другом Игорем Политико выехали из Ростова на его машине с тем, чтобы встретиться с Джоаном и Карлосом в аэропорту г. Нальчика.

За время полета Карлос успел познакомиться с дочерью солидного Нальчинского предпринимателя, и теперь наша встреча носила более масштабный характер. За полночь мы ввалились с баулами на Шхельдинское КСП, разбудили Сашу Вжика, кота Джими и его подружку кошку Хлорку с двумя котятами.

Утром наша компания перебралась в УМЦ “Эльбрус” и вечером Карлос знакомился с гостившими на базе Чеченскими детьми, которые периодически всех нас по очереди тестировали на американское гражданство. Похоже, эта встреча ему была очень интересна, дети держали его в коридоре около двух часов до тех пор, пока воспитатели не усовестились и не позвали их спать.

Я планировал на этот выезд два восхождения: тренировочное на пик Кавказ и основное на Щуровского или Шхельду по новому пути, посвященное Алексу Лоу, знаменитому американскому альпинисту, погибшему под лавиной на Шишапангме осенью1999 года после Транго. Но, по сути, главным все же было показать Кавказ, дать почувствовать его самобытность и красоту и в то же время прояснить всю объективную многогранность ситуации. Карлос сразу спросил, заинтересован ли я, чтобы он написал о своем путешествии на Кавказ в американских журналах, и я ответил утвердительно.


5 – 9 марта

Как я уже отмечал, наша команда поселилась в УМЦ “Эльбрус”, на следующий день дети уехали, и стало очень тихо. В январе Карлосу сделали операцию на мениске, и поэтому мы планировали очень щадящее начало нашей восходительской программы. Но были вынуждены учитывать также погоду, которая и по температуре, и по темпераменту скорее напоминала апрельскую или майскую. И как только немного похолодало, мы отправились на гору.

Нашим объектом для тренировочного восхождения я выбрал пик Кавказ. Это очень хорошая гора, особенно в зимних условиях, для проверки все ли в порядке с твоими руками и ногами, а главное с головой. Перепад высот от языка ледника почти два километра, классический маршрут это микст, приближающийся в зимних условиях к средней трудности. Но самое главное – панорама, открывающаяся с вершины, Гермогенова, Уллукара, Бжедух, Чатын, Щуровский, Ушба, массив Шхельды, как на ладони.

Мы не стали лениться, и, выйдя 6 из лагеря, поднялись с биваком в цирк под начало маршрута. Это давало шанс засветло спуститься к палатке. По плану мы должны были выйти в 6 утра, поэтому будильник завели на 4. Утром мы столкнулись с первым отличием нашего стиля, мы привыкли на горе, во всяком случае, зимней и однодневной, обходиться без воды. У Джоана и Карлоса на это была противоположная точка зрения, и мы топили воду еще и еще, пока не наполнили до краев фляги, вышли соответственно в 7.

Под началом маршрута в 9 в 13.30 на вершине. Карлос лез с Джоаном, Игорь со мной. Погода уже с утра портилась, и на верху особенно полюбоваться ландшафтом не удалось. Ушба была полностью закрыта покровом облаков. Спускались сначала пешком, но после сакраментальной фразы Карлоса: “Джоан хочет репэл, Джоан хочет много…” перешли на дюльфера. Впрочем, это было вполне обоснованно, поскольку лететь с гребней пика Кавказ далеко, долго и, наверное, очень больно. Через два продергивания мы настроились, и движение к подножию горы шло без особых задержек.

В 6.30 наша сборная была возле палатки. Утренний моцион повторился, мы пили через не могу, и наполняли фляги, несмотря на все мои старания убедить народ, что через три часа уже можно полностью расслабиться в лагере. Наших вчерашних следов не осталось, и на спуске в долину мы немного заблудились.

Кулуар становился все круче и круче, в какой-то момент надо было принимать решение продолжать спускаться или возвращаться назад, я был ниже всех и оценивал дальнейший спуск весьма пристойным, но на самом деле более взвешенным и удобным для всех решением было возвращение назад, т.е. вверх, и поиск более оптимального пути вниз. На базе мы были лишь в 00 часов. Игорь пошутил: “ Легкое ночное приключение без последствий”.

В один из вечеров Карлос стал рассказывать о горах в Америке. На самом деле у американских альпинистов очень непростые отношения с их (????) горами. Все дело в том, что в США нет государственной земли, все горы кому ни будь принадлежат: муниципалитету ли, горнодобывающей компании ли, национальному парку и т.д. и т.п. А главный вопрос в Америке – кто платит, если …Так вот, если ты шел себе шел по дороге, споткнулся о рытвину и сломал ногу, то ты можешь подать в суд на владельца территории по которой оная дорога проложена и с вероятностью 99.9 выиграть такое дело. Поэтому дороги в США, обычно, очень хорошие.

Зато в горных районах полно рейнджеров, которые при встрече могут тщательно тебя обследовать, они обычно говорят: “ Эй, парень у тебя слишком маленький рюкзак, похоже, ты собираешься путешествовать без хорошего спального мешка и теплых вещей, покажи, есть ли у тебя горелка и палатка, костер в национальном парке разводить запрещено. Или, напротив – у тебя слишком большой рюкзак, наверняка, в нем слишком много продуктов, которые ты оставишь в лесу.”

Альпинисты в Америке, по мнению, Карлоса гораздо меньше, чем в Европе понимаемы обществом. Они живут в своем мире и их не так уж много.

10-18 марта

После восхождения на пик Кавказа наша компания разделилась, Джоан решил, что следующая цель для него Эльбрус, мы же: Карлос, Игорь и я, решили действовать по первоначальному плану, т.е. совершить первопроход.
Пик Щуровского отпадал, все ледовые речки, которые я наблюдал в прошлые годы, в этом году отсутствовали. Я очень хорошо разглядел это с пика Кавказ. И мы повернулись в сторону Шхельды. Тем более что изначально Карлоса привлек именно этот объект. Северная стена массива еще оставляет возможности для открытия новых маршрутов.

Погода стояла плохой, низкое давление, горы в облаках, часто срывался снег переходящий в дождь. Но мы поверили прогнозу, и вышли по такой погоде наверх 12 рано утром с целью заночевать уже на маршруте. Джоану мы нашли гида на Эльбрус, и он тоже должен был стартовать в ближайшем будущем.

5 часов занял подход под стену, немного перекусив, мы вышли на маршрут.Высота на старте 2750 метров, за два с половиной часа мы набрали около 400 метров по системе из двух кулуаров и собирались проработать еще метров 300, но были вынуждены, срочно искать ночевку на правом гребне, ограничивающем кулуар. Снегопад запустил пылевые лавины -“простыни”, которые стали собираться в нечто более серьезное на нашем пути. Нельзя было терять ни секунды, в любой момент мы могли бы начать двигаться в противоположном направлении и с другой скоростью.

Карлос ушел под прикрытие скального острова, мы с Игорем поспешили к нему, сняли снегоступы и связались. 50 метров хорошего микстового лазания по стене гребня и вопрос с безопасной ночевкой был снят. Правда, потоптаться пришлось немало, склон под жандармом оказался крутоват.

Наше общение этим вечером началось с того, что Карлос несколько раз что-то крикнул снизу, ох уж этот языковой барьер, как потом оказалось он требовательно и настоятельно просил, чтобы я прекратил сыпать снег ему на голову. Поскольку он был ниже по склону, ему доставалось немного излишков от развернутого мной строительства площадки, я не обращал на это особого внимания, поскольку спешил завершить установку палатки до темноты. Перед этим поднимался Игорь, которому мой снег совсем не мешал, да и с неба все равно продолжало сыпать. Но в какой то момент я понял это принципиально и решил сделать небольшой перерыв.

Все оставшееся время и большую часть следующего дня наше общение продолжалось, правда уже в палатке и за чашкой чая, погода этому обильно способствовала. Игорь к этому времени уже трансформировал свой письменный английский в хорошо понятный для Карлоса устный, и мы могли обсуждать более тонкие философские аспекты горовосхождений.

Карлос рассказывал о прошлогодней своей попытке восхождения в Индии на пик Каланка, о Джиме Бридвеле – живой иконе американского альпинизма, который на самом деле очень простой парень, но все вокруг считают его настолько крутым, что бояться с ним ходить (это мнение раздосадованного Бридвела, которого Карлос не пригласил на Каланку). О К-2, Восточной стене Эвереста и волшебно красивом и мало посещаемом районе Мелунгце, где он был вместе с друзьями, они совершили первовосхождение на одну из шеститысячных вершин и назвали ее Миларепа.

Снова говорили об американском альпинизме. За последнее время в США появилось много молодых талантливых альпинистов, которые совершают незаурядные восхождения, скоростные восхождения. Последние 5-6 лет в Америке идет волна по созданию при солидных аутдоровских фирмах своих альпинистских команд, которые, естественно, гласно или негласно вызывают друг друга на соревнование. Карлос не очень любит соревнование в альпинизме.

Как и у нас, в Америке найти спонсора на исследование нового района или экспедицию на малоизвестную вершину чрезвычайно трудная задача. Лично Карлосу больше всего по духу мир шеститысячников, именно таких гор, раскрутить которые в масс-медиа очень сложно.

Разговаривали также про современные фильмы об альпинизме, на мой вопрос, как он относится к фильму “Вертикальный предел”, он ответил, что это хороший шанс для многих альпинистов прилично заработать. Например, его друг получал по 5000 долларов в неделю, участвуя в съемках этого фильма, а поскольку действо реально снималось в Новой Зеландии, смог еще насладиться горами, в которые, возможно, самостоятельно никогда бы не выбрался.

Периодически выглядывая из палатки, которая по начальному мнению Карлоса была двухместная, а теперь вмещала нас троих, мы отмечали ошибочность прогноза, давление устойчиво падало и дальше. Поэтому вечером наша тройка приняла решение спуститься, выбрав одно из окон в снегопаде. Мы провели следующую ночь у подножия горы, а утром без спешки спустились в лагерь. Джоан тоже вечером вернулся с Эльбруса не солоно хлебавши. 17-го я должен был быть в Москве на презентации фильма о Лхотзе Средней. Мы решили, что повторим попытку нашего восхождения на Шхельду после моего возвращения, а пока Карлос и Джоан, с помощью Игоря попробуют вновь подняться на Эльбрус.

18-го Карлос с Джоаном поднялись на западную вершину Эльбруса, а Игорь, проводив их до скал Пастухова был вынужден вернуться, поскольку мы договаривались с ним, что он поздно вечером заберет меня из аэропорта в Мин-Водах. Как человек слова, он не мог поступить иначе.
Возможно, Джоан стал первым испанским альпинистом, поднявшимся на зимний Эльбрус.

19-28 марта

Вернувшись из поездки, я понял, что природа и дальше будет препятствовать нашим восходительским планам. Но от обещанного нельзя отступать, поэтому проводив Джоана домой, 23 марта мы вышли вновь под Шхельду.

С утра было солнечно и тепло, горы дышали, и их дыхание причудливой формы светилось серебром прядей и шлейфов. Юго-западный ветер, перетекая вершины менял направления в ущельях под углом в 90 градусов. И когда мы подошли к повороту Шхельдинского ледника, нам в легкие ударил свежий поток остывшего на Ушбинском плато воздуха, высокогорного и упругого.

Мы не стали в этот же день выходить на маршрут, хотя светлого времени было еще достаточно.
Под утро вновь начался снегопад, днем это уже напоминало стену из непрерывного сцепления снежинок. Нас мягко вытесняли из этого угла Приэльбрусья.

А накануне мы строили планы и просчитывали варианты.
Карлос пустился в рассуждения о том, что сейчас в Америке стало очень популярно совершать восхождения в стиле нон-стоп, особенно на Аляске в период белых ночей, что на его взгляд не является каким либо особым достижением. На самом деле в часах время восхождения остается прежним, просто раньше оно разбивалось на 5-6 дней по 8 часов, а теперь восходители лезут непрерывно без бивака, налегке, разумеется, сильно рискуя в случае внезапной непогоды оказаться в критическом положении. Зато если такое восхождение удается, альпинисты сразу могут стать знаменитыми, и это очень прельщает молодежь.

Карлос между тем противник такого поиска славы, по его мнению, для оценки подлинного мастерства существуют вещи гораздо более объективные: это совершенствование техники лазания, тактической грамотности и за счет этого реальное увеличение скорости на маршруте, а не за счет потери безопасности. Сейчас одним из выдающихся примеров торжества альпийского стиля в мировой альпинисткой прессе считается восхождение англичан на Чанга-Бенг по северной стене.

Команда совершала это восхождение, сознательно поставив себя в очень жесткие условия с критическим запасом продуктов и бивачного снаряжения, до гребня добрались только двое и то в крайне истощенном состоянии, насколько я помню из рассказа, только один восходитель был на вершине, в финале экспедиции ужасный изматывающий спуск. С точки зрения Карлоса, этот результат получен гипертрофированно большой ценой, ставящей под сомнение сам смысл такого достижения.

Ему также не нравятся многие словенские маршруты, поскольку большинство из них хоть и не очень технически сложны, зато объективно опасны, рискованны и по этой причине привлекают к себе внимание. Прошелся он и по русским, которые лишь недавно получив возможность ездить в Гималаи, идут на гору “как в последний бой”, что достаточно часто оканчивалось трагически.

Наша программа в Приэльбрусье на этом заканчивалась, и мы 25 марта выехали в Ростов-на-Дону, где состоялась пресс-конференция, подготовленная городским спорткомитетом и наше с Карлосом совместное слайд-шоу. На пресс-конференции, Карлос, отвечая на вопрос одного из журналистов, рассказал очень трогательную историю. Его мама, когда узнала, что сын занялся альпинизмом, сильно переживала, по образному выражению Карлоса, “зарылась в подушки” и хранила отчужденный нейтралитет.

Карлос продолжал ездить в экспедиции, дело дошло до Восточной стены Эвереста, его команда находилась на маршруте, когда Карлосу по рации сообщили, что какая-то женщина пришла к нему в базовый лагерь, под Канчунгскую стену Эвереста!!! Когда он спустился, это оказалось его мама. С тех пор она так прониклась любовью сына к горам, что до самой своей смерти организовывала все последующие экспедиции Карлоса и сама принимала в них участие.
Я бы очень хотел, чтобы эта любовь к горам побеждающая даже классически непреодолимые препятствия, объединяющая восходителей разных стран и стилей, жила и питала наше устремление к самому прекрасному, к раздвижению границ познанного, к торжеству духовного сознания и воли.
Брахман волит и Воля производит спонтанный эффект… “Шри Аурабиндо”

Ю.


Open Caucasus.

Спонсоры: ФГУ “РТФГИ” / Ростов н/Д /

BASK – штормовая и бивачная экипировка от «А» до «Я»

BEAL – веревки, оттяжки

BOREAL – скальные туфли, высотные ботинки.

ALVO / Екатеринбург / - ледобуры, скальные крючья.

RISK.ru – информационный спонсор.